среда, 26 октября 2011 г.

Н.А.Ивницкий Голод 1932-1933 годов в СССР 3/10

«СПЛОШНАЯ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ»
15 сентября 1934 г. В.М.Молотов в телеграмме из Омска в ЦК ВКП(б) А.А.Жданову и Л.М.Кагановичу вновь предлагает «издать декрет о единовременном налоге на единоличников размером 300 млн руб... Мотивировать этот налог ростом денежных доходов... а также недостаточностью учета и налогового обложения». Опыт единовременного налога с единоличников в 1932 г. удался, сообщал Молотов. Однако решить вопрос о налоге можно «только при одобрении этой меры т. Сталиным»1.
Сталин одобрил эту меру, и такой декрет был принят'-. Его сумма принята в 300 млн рублей, контрольной задание установлено в 315 млн руб., но затем увеличено до 426,4 млн руб. К 1 февраля 1935 г. фактически было взыскано единовременного налога 343,6 млн рублей. В связи с этим правительство решило прекратить взыскание налога.
При оценке результатов проведения единовременного налога в 1932 и 1934 гг. следует иметь в виду, что в 1932 г., по данным Наркомфина, имелось 10,2 млн единоличных хозяйств, а в 1934 г. — 7,0 млн, и поэтому даже по плану на одно единоличное хозяйство приходилось в 1932 г. 294 руб., а в 1934 г. — 429 руб., т. е. в полтора раза больше3.
Тенденция роста экономического нажима на деревню вообще, а на единоличное крестьянство в особенности, наблюдается в 1930-е годы. Ужесточались и меры репрессий по взысканию налогов и налоговых платежей. 16 сентября 1934 г. Л.М.Каганович и В.В.Куйбышев обратились к И.В.Сталину, который в то время отдыхал в Гаграх, с предложением усилить меры экономических репрессий в отношении единоличников. Они сообщали Сталину, что по закону от 17 сентября 1932 г. ( о взыскании налогов и налоговых платежей) запрещались взыскания за штрафы
1 Трагедия советской деревни... Т. 4. 1934-1936. М., 2002. С. 219.
2 Собрание законов и распоряжений Рабоче-крестьянского правительства СССР (СЗ СССР). 1934. № 48. Ст. 380.
3 Тянут с мужика последние жилы...: Налоговая политика в деревне (1928-1937 гг.) М., 2007. С. 13.
63
62
II ЛИВ Н И Ц К II й
в административном порядке живого и мертвого инвентаря в количестве, необходимом для ведения сельского хозяйства, жилых и хозяйственных построек, продовольствия в количестве, необходимом до нового урожая, семян, скота в количестве, необходимом для сохранения хозяйства, корма скоту, неснятого урожая. «Это привело к тому, — писали авторы телеграммы, — что единоличник не испытывает никакого опасения перед штрафом, ибо ничего нельзя было продать из его имущества».
В связи с этим Каганович и Куйбышев предлагали следующий проект постановления ЦИК и СНК СССР: «1)при невыполнении в срок единоличными хозяйствами государственных обязательных натуральных поставок и неуплате денежных платежей взыскание обращается на все имущество единоличных хозяйств за исключением лишь дома, топлива, необходимого для отопления жилых помещений, носильного зимнего и летнего платья, обуви, белья и других предметов домашнего обихода, необходимых для недоимщика и лиц, состоящих на его иждивении; 2) предложить правительствам союзных республик привести свое законодательство в соответствие с настоящим постановлением»'.
Сталин согласился с этими предложениями и 21 сентября 1934 г. было принято такое постановление ЦИК и СНК СССР2. Тогда же было принято и постановление о единовременном налоге на единоличные крестьянские хозяйства на 1934 г. (26 сентября 1934 г.).
По данным Наркомфина СССР, в 1935 г. колхозники уплачивали 41 руб. 70 коп. (сельхозналога, самообложения и культсбора) на одно хозяйство, а единоличники — 336 руб. (вместе с единовременным налогом), т. е. в 8 раз больше, чем одно хозяйство колхозника.
С каждым годом увеличивалось налогообложение единоличников, иногда оно достигало 2-3 тыс. рублей на хозяйство, не говоря уже о натуральных поставках (зерна, картофеля, молока, мяса).
1 Трагедия советской деревни... Т. 4. С. 220-221. - СЗ СССР. 1934. № 48. Ст. 370.
«СПЛОШНАЯ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ
Характерно в этом отношении письмо группы крестьян-единоличников Чувашии в адрес \ТП Всесоюзного чрезвычайного съезда Советов (ноябрь 1936 г.). Единоличники жаловались, что их облагают непомерными налогами — сельскохозяйственным, самообложением, культ-сбором, единовременным, — «а всего налога и платежей в среднем на середняцкое хозяйство при двух или трех рабочих наберется тысячи две, а то и более трех, а имущества такого плательщика со всеми его надворными постройками и скотом... равно по вольным рыночным ценам каких-нибудь две или три, не редкость даже, [что] все имущество не оправдывает наложенного на хозяйство платежа...».
«В настоящее время мы, трудящиеся единоличники, — писали крестьяне, — едва не лишены возможности жить на свете... Кроме денежных, поставки чуть ли не в двойном размере... На наши жалобы на тяжесть уплаты налогов мы везде и всюду слышим практику гонения и нажима вступлений в колхоз...»'
Усиление налогового пресса вызвало сокращение численности единоличных хозяйств. Если в 1934 г. в стране насчитывалось 6,3 млн (по другим данным — 7 млн) единоличных хозяйств, то в 1936 г. — 1,9 млн, следовательно, за два года сокращение числа единоличников составило 4,4 млн хозяйств. Правда, количество колхозных дворов за это время увеличилось на 2, 7 млн. Выходит, что 1,7 млн единоличных хозяйств разорились и покинули деревню.
Некоторая либерализация налогового законодательства произошла в 1937 г.
Во-первых, отменялся административный порядок наложения штрафов на единоличников и провозглашался судебный порядок изъятия у них имущества в погашение задолженности.
Во-вторых, расширен перечень имущества, которое не подлежало конфискации в погашение недоимок по налогам.
В-третьих, устанавливались более растянутые сроки уплаты сельхозналога, а размер пени уменьшался.
Трагедия советской деревни...Т. 4. С. 883-885.
65
64
Н . А .ИВЫ И Ц К И Й
В-четвертых, самообложение для единоличников стало производиться только по твердым ценам.
В-пятых, освобождались от уплаты сельхозналога, сельского культсбора, всех местных денежных налогов хозяйства колхозников и единоличников нетрудоспособных возрастов (60 лет и старше), инвалидов и дети до 16 лет.
На либерализации налогового законодательства сказалось, вероятно, влияние новой Конституции СССР, принятой в декабре 1936 г.
Однако, это была временная передышка.
В связи с тем, что темп коллективизации замедлился: до 1 июня 1937 г. в колхозы вступило только 100 тыс. крестьянских хозяйств — в 11 раз меньше, чем за год до этого. Советское партийно-государственное руководство решило предпринять новое наступление на единоличников. В апреле 1938 г. ЦК ВКП(б) и СНК СССР принимают постановление, обязывавшее местные власти покончить с «противогосударственной и противоколхозной практикой попустительства в отношении единоличников и строго следить за точным выполнением единоличными хозяйствами всех государственных обязательств по налогам, зернозаготовкам, мясопоставкам и т. д.»1 Тогда же принимается постановление Политбюро ЦК ВКП(б) (от имени СНК СССР) «О ставках и сроке уплаты государственного налога на лошадей единоличных хозяйств»2. Согласно этому постановлению устанавливались ставки налога с единоличных хозяйств, имеющих лошадей, в сумме от 400 до 600 руб. на лошадь, а срок уплаты — 1 июля. Однако, если хозяйство вступало в колхоз и сдавало туда лошадь (лошадей) до 1 июля 1938 г., оно освобождалось от уплаты государственного налога. Этот закон, как считали некоторые депутаты Верховного Совета СССР, не только ограничивал доходы единоличников, но и создавал «новые предпосылки для вступления в колхозы всех честных единоличников».
1 Собрание постановлений и распоряжений Правительства СССР (СП СССР). 1938. № 18. Ст. 117. 2РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 3. Д. 2112. Л. 119.
66
«СПЛОШНАЯ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ»
И действительно, уже к сентябрю 1938 г. в Татарии в колхозы вступило около 2 тыс. единоличных хозяйств; в Орловской области — почти 9 тыс. единоличников подали заявления о вступлении в колхозы и т. д.1
Налоговая политика советского государства была направлена, как уже говорилось, не только на решение фискальных и социальных задач. Индустриализация страны проводилась за счет деревни, крестьянства. Налоги и так называемые добровольные платежи росли из года в год. Так, обязательные платежи деревни (сельхозналог, самообложение, страховые платежи, культсбор) в 1930 г. составили 880,1 млн рублей, в 1931 г. — 1731,1 млн рублей, в 1932 г. — 2020 млн рублей. Возрасли в эти годы и так называемые «добровольные» платежи (самообложение, займы и т.п.) — с 1261,7 млн руб. в 1930 г. до 3132,0 млн — в 1932 г.
Общая сумма денежных платежей в деревне составила: в 1930 г. - 2141,8 млн руб., в 1931 г.-3987,6 млн, а в 1932 г.-5152,0 млн руб.
Что касается социальных задач, то к середине 1930-х годов уровень коллективизации превысил 83%, т. е. в основном была осуществлена сплошная коллективизация. Посевные площади колхозов и совхозов в начале 1935 г. составляли 98% всех обрабатываемых земель; на долю почти 17% единоличников приходилось не более 2%. Это значит, что единоличники, как субъект сельскохозяйственного производства, перестали существовать.
* * *
Насильственная коллективизация основной массы крестьянства, раскулачивание и выселение наиболее трудолюбивой и дееспособной части деревни в начале 1930-х годов, изъятие денежных, продовольственных и сырьевых ресурсов из деревни привели к разрушению производительных сил сельского хозяйства, его деградации.
1 Вылцан МЛ. Последние единоличники// Кооперативный план: иллюзии и действительность. М., 1995. С. 85.
67
Н.А. И В H И Ц К И Й
И.В.Сталин в отчетном докладе XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б) объяснял это реорганизационным периодом сельского хозяйства. Он говорил: «очевидно, что громадные трудности объединения разрозненных мелких крестьянских хозяйств в колхозы, трудное дело создания почти на пустом месте большого количества крупных зерновых и животноводческих хозяйств, и, вообще, реорганизационный период перестройки и перевода единоличного сельского хозяйства на новые колхозные рельсы, требующий много времени и больших издержек, — все эти факторы неизбежно предрешили как медленные темпы подъема сельского хозяйства, так и сравнительно долгий период упадка в развитии поголовья скота»1.
Рассмотрим, как обстояло дело с сельскохозяйственным производством в годы так называемого реорганизационного периода, т. е. в годы сплошной коллективизации.
Посевные площади в 1930-1932 гг. даже несколько увеличились по сравнению с 1929-м доколхозным годом. Так, если в 1929 г. вся посевная площадь составляла 118,0 млн га, то в 1930 г.- 127,2 млн, в 1931 г. - 136,3 млн, в 1932 г. — 134,4 млн га. Средняя урожайность зерновых с гектара за 1928-1931 гг. по отдельным районам и в целом по СССР выглядит так (в пуд. с га)-.
Районы
1928 г.
1929 г.
1930 г.
1931г.
Украина
46,3
60,8
57,3
51,9
Средняя Волга
50,2
35,6
38,9
22,0
Нижняя Волга
47,9
38,0
37,2
22,6
Северный Кавказ
51,7
50,1
42,7
45,1
ЦЧО
52,6
61,9
61,9
47,6
Урал
66,5
43,2
52,1
18,3
1 Сталин КВ. Соч. Т. 13. С. 317-318.
2 Ивницкий Н.А. Репрессивная политика Советской власти в деревне (1928-1933 гг.) М., 2000. С. 249.
68
«СПЛОШНАЯ К О Л Л Е К Т И В И 3 А Ц И Я »
Районы
1928 г.
1929 г.
1930 г.
1931 г.
Казахстан
60,3
34,2
37,6
27,5
Белоруссия
49,8
54,2
51,9
40,9
В целом по СССР
53,4
48,7
48,2
38,4
Как видно из таблицы за 1928-1931 гг., по всем районам и в целом по СССР произошло снижение средней урожайности с гектара. Особенно резкое падение урожайности произошло на Урале и в Поволжье. Исходя из данных о средней урожайности зерновых, определяем, что в 1929 г. валовый сбор равнялся 766,4 млн центнеров, в 1930 г. - 804,4 млн, в 1931 г. - 538,3 млн и в 1932 г. (по данным сборника «Сельское хозяйство в СССР. Ежегодник 1935») — 508,8 млн ц. Принимая валовый сбор зерновых в
1929 г. за 100%, получим в 1930 г. - 105%, в 1931 г. - 70,2%, в 1932 г.-66,4%.
И.В.Сталин в отчетном докладе на XVII партийном съезде привел другие данные: в 1929 г. валовой сбор зерновых - 717,4 млн ц (100%), в 1930 г.- 835,4 млн (116%), в 1931г.- 694,8 млн (96,8%), в 1932 г.- 698,7 млн ц (97,4%)\
Таким способом Сталин скрывал резкое сокращение сбора зерна в годы сплошной коллективизации (1930-1932). Следует заметить, что приведенные нами данные об урожайности зерновых культур за эти годы были выявлены в 1964 г. в кремлевском Архиве Политбюро ЦК КПСС, в архиве Сталина.
Требуют пояснения данные о валовом сборе зерна в
1930 г. Дело в том, что сравнительно высокий урожай объясняется как благоприятными климатическими условиями года, так и тем, что посев озимых хлебов (ржи и озимой пшеницы) производился осенью 1929 г. единоличными хозяйствами, а яровых — весной 1930 г. после массового отлива крестьян из колхозов (осталось не более 20-23% крестьян в колхозах). Сев и уборка урожая проводились в основном единоличниками.
1 Сталин И.В. Соч. Т. 13. С. 320.
69
Н.А.ИВНИ Ц К И Й
Значительно хуже обстояло дело с животноводством. С переходом к насильственной коллективизации осенью 1929 г. — зимой 1930 г. началась массовая распродажа скота. Об этом говорил на ноябрьском (1929 г.) пленуме ЦК ВКП(б) секретарь Средне-Волжского крайкома партии М.М.Хатаевич: «В связи с массовым ростом колхозного движения, — говорил он, — имеется такое явление: идя в колхоз, тот или иной середняк покрепче, имеющий три головы скота, две продает, а с третьей приходит в колхоз, потому что он не хочет вкладывать в неделимый капитал больше средств, чем его сосед, имеющий одну голову. По всем этим причинам мы имеем колоссальное увеличение выброски рабочего скота на рынок. Мы имеем такое положение, что у нас рабочая лошадь, которая обычно стоит 100 руб., доходит до 20-25 руб. в районах недорода. Если не будут приняты немедленные меры по закупке кормов, концентрированных и грубых, мы будем иметь большой прорыв на этом участке. Эти меры должны быть приняты немедленно»1.
В информационной сводке Колхозцентра сообщалось, что на Украине, по данным Наркомзема, идет массовое истребление скота. В сентябре 1929 г. Кожсиндикат заготовил 171 тыс. кож крупного рогатого скота и лошадей, а в октябре — 199 тыс., в ноябре — 275 тыс. все это говорито о том, что в республике шло массовое истребление рабочего и продуктивного скота и, что особенно опасно, молодняка.
В Белоруссии в течение октября-декабря 1929 г. было убито 52 тыс. лошадей, в том числе в декабре 35 тыс., и 38 тыс. голов крупного рогатого скота.
В Северном крае уничтожались коровы холмогорской породы. В Грязрвецком районе Вологодского округа в связи со сплошной коллективизацией шел массовый убой ценного скота. В Вахтовском районе Северо-Двинского округа забито 2 тыс. коров и молодняка.
В Московской области, Кимрском округе, шла массовая распродажа скота. Обычно на базар в г. Кимры выво
1 Документы свидетельствуют. Из истории деревни накануне и в ходе коллективизации. 1927-1932 гг. М., 1982. С. 285.
70
СПЛОШНАЯ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ»
дилось 40-50 голов скота, а в конце 1929 г. в 10 раз больше — 400-500 голов. В деревне Миротино Пахомовского района 36 дворов, вступивших в колхоз, зарезали свой скот. В одном селении Тульского округа на 45 дворов осталось только 3 лошади.
В Средне-Волжском крае, по данным Животноводсою-за, в 1929 г. было забито 820 тыс. голов молодняка. Свиней по сравнению с 1913 г. осталось 56%. лошадей — 72%.
На Северном Кавказе шел усиленный забой крупного рогатого скота. По ряду станиц мясозаготовителями закуплено 30-40% рогатого скота. На станциях Северо-Кавказской ж.д. не хватало вагонов для погрузки скота, а бойни работали в три смены, сообщала «Комсомольская правда» 5 января 1930 г.
Об этом же сообщалось и в справках ОГПУ от 22 декабря 1929 г. и 11 января 1930 г., которые направлялись И.В.Сталину, В.М.Молотову, Л.М.Кагановичу, Я.А.Яковлеву и другим руководителям партии и государства. Например, в справке от 22 декабря сообщалось: «Имеющиеся материалы по ряду районов (ЦЧО, СВК, НВК, СКК, ДВК, Западная обл., БССР и Татария) отмечают усиливающуюся за последнее время распродажу и убой рабочего и продуктивного скота (лошадей, коров, свиней и овец), принимающие местами массовый характер»1.
В справке от 11 января 1930 г. также сообщалось о массовом сбыте и убое продуктивного и рабочего скота во многих районах страны, что вызвано, в основном, «недостатком грубых и концентрированных кормов (Северный Кавказ, Башкирия и др.), массовой коллективизацией и нежеланием части середнячества сдавать скот в колхозы сверх нормы, и широко распространившимися кулачеством слухами о предстоящем отборе скота и передаче его в колхозы»2. В результате этого на Северном Кавказе в октябре-декабре 1929 г. заготовка скота составила 276 тыс. голов (данные преуменьшены).
1 Трагедия советской деревни... Т. 2. С. 87.
2 Советская деревня глазами ВЧК—ОГПУ—НКВД. 1918-1939: Документы и материалы: в 4 т. Т. 3. 1930-1934. Кн. 1: 1930-1931'. М., 2003. С. 71-72.
71
Н.А.ИВНИЦКИЙ
«С начала декабря, — говорится далее в справке ОГПУ, — усиленный сбыт рабочего и продуктивного скота отмечается в районах сплошной коллективизации, а также в районах, в которых ведется подготовительная работа по созданию крупных колхозов.
Распродажа необобществленного рабочего и продуктивного скота практикуется и членами колхозов, причем последнее имеет место в тех колхозах, в которых приняты решения о стопроцентном обобществлении скота»1.
На Украине, в Сумском, Бердичевском, Черниговском и ряде других округов, убой скота принял массовый характер. В отдельных районах Сумского округа убой скота достиг 75% наличного количества, а в некоторых селах продуктивный скот убивался весь поголовно.
Массовая распродажа и убой скота наблюдался и в Средне-Волжском крае (Самарский, Сызранский, Ульяновский, Кузнецкий округа). Сбывали скот не только верхушечные слои деревни, но и середняцко-бедняцкая часть крестьянства. «Сбытовые тенденции особенно отмечались у середняцких групп перед вступлением в колхозы из опасения его обобществления»2, — отмечалось в справке.
В Нижне-Волжском крае в селениях Аткарского, Вольского и Астраханского округов убыль крупного и мелкого скота достигла 50% всего количества скота.
Отрицательную роль в этом деле сыграли и целенаправленные действия заготовительных организаций и местных органов власти. Так, Читинский окрторготдел давал директивы по усилению кожсырьевых заготовок методами обязательных поставок. Для выполнения этой директивы в некоторых селениях Бытикинского района нужно было уничтожить 50% имеющегося крупного рогатого скота3.
16 января 1930 г. ЦИК и СНК СССР приняли постановление «О мерах борьбы с хищническим убоем скота»4, которое обязывало райисполкомы лишать права пользо
1 Там же. С. 72.
2 Там же. С. 75.
3 Там же. С. 76-77.
4 СЗ СССР. 1930. № 6. Ст. 66.
72
С II Л О Ш Н А я к о л л ь: К Т И В И 3 А ц и я
вания землей, а также конфисковывать скот и сельхозин-вентарь «тех кулаков, которые сами хищнически убивают скот или подбивают к этому других».
Одновременно эти лица привлекаются к уголовной ответственности, применяя к ним лишение свободы до двух лет с выселением из данной местности или без выселения.
ЦИК и СНК СССР одобрили постановление Всесоюзного совета колхозов о запрещении приема в колхозы и об исключении из колхозов тех хозяйств, которые перед вступлением в колхозы убивают или продают свой скот. Запрещался вообще убой молодняка (телят и поросят) ниже определенного возраста, установленного местными окружными исполкомами.
Однако и после принятия этого постановления положение мало изменилось. Из проекта постановления ЦК ВКП(б) о темпах коллективизации по указанию Сталина и Молотова был исключен пункт, в котором говорилось, что в сельхозартели обобществляются только «основные средства производства (земля, инвентарь, рабочий скот, а также товарный продуктивный скот) при одновременном сохранении в данных условиях частной собственности крестьянина на мелкий инвентарь, мелкий скот, молочные коровы и т.п., где они обслуживают потребительские нужды крестьянской семьи»1.
В результате этого стали обобществлять коров, мелкий скот (овец, свиней) и даже птицу. Ввиду отсутствия в колхозах животноводческих помещений, кормов, плохого ухода скот погибал.
1 ноября 1930 г. ЦИК и СНК СССР издают новое постановление «О мерах против хищнического убоя скота», в котором отмечалось, что правительство приняло ряд мер по усилению развития животноводства: намечена широкая программа строительства крупных животноводческих хозяйств; введен ряд льгот для колхозов и колхозников, единоличных бедняцких и середняцких хозяйств; поощряется развитие кормовой базы для животноводства и т. д.
1 Трагедия советской деревни... Т. 2. С. 63.
73
Н.А.ИВНИЦКИЙ
Наряду с этим необходимо принять решительные меры по сохранению племенного и стельного скота, молодняка и производителей. В связи с этим запрещался убой племенных животных, молодняка крупного рогатого скота, быков, баранов и хряков, годных в качестве производителей, а также коров и «беременных маток всех видов скота».
Нарушители этого закона несут ответственность в административном порядке — штраф в размере до десятикратной стоимости убитого животного. У кулаков и частных скупщиков, нарушающих закон или подстрекающих к этому других, сверх того конфискуется весь принадлежащий им скот или часть его. Одновременно эти лица должны привлекаться к уголовной ответственности, причем суд применяет к ним лишение свободы до двух лет с выселением из данной местности или без выселения1.
Такие же меры воздействия применялись, согласно постановлению СНК СССР от 26 декабря, за убой конского поголовья и молодняка2.
Несмотря на это, положение с животноводством не менялось. В справке ОГПУ «Об убое и разбазаривании скота» от 14 января 1931 г. констатировалось: «Декабрь (1930 г.— Авт.) не дал перелома в отношении уменьшения размеров убоя и сбыта скота. По-прежнему это явление носит массовый характер, особенно по СКК, ЦЧО, Нижкраю, Запкраю и др. районам. По отдельным районам Северного Кавказа, ЦЧО и Нижкрая размеры убоя с распродажи скота, особенно лошадей, в декабре значительно возросли. Массовое уничтожение скота имеет место не только со стороны кулацко-зажиточных прослоек, но и со стороны значительных групп середняков и бедняков, а в ряде районов и колхозников»3.
Причины разбазаривания и убоя скота, говорилось в справке ОГПУ, это слухи о конфискации у крестьян всего скота и передаче его в колхозы, перегибы в процессе мясо
1 СЗ СССР. 1930. № 57. Ст. 598. -Там же. 1931. № 2. Ст. 22.
3 Советская деревня глазами ВЧК—ОГПУ—НКВД. Т. 3. Кн. 1.С. 562.
74
С II Л О Ш II А Я К О Л Л Е К T И ВИЗА Ц И Я
заготовок и других кампаний, недостаток кормовой базы и т.п. В ЦЧО, например, по неполным данным, в ноябре 1930 г. по 47 селениям забито 1055 голов скота, а в декабре — 3336 голов. На Северном Кавказе только за 10 дней декабря было убито и распродано 11 тыс. голов скота, в то время как за 20 дней ноября — 6 тыс. голов. В Ленинградской области поголовье скота в 1930 г. сократилось на 27,8% по сравнению с 1928 г.1
Неудовлетворительное содержание и плохой уход за скотом в совхозах и колхозах приводили к массовой гибели животных. В справке ОГПУ от 3 июля 1931 г. о «недочетах развития животноводства на Украине» отмечалось, что в целом ряде совхозов и колхозов «в области содержания и ухода за скотом имеют место существенные и серьезные недочеты, тормозящие развитие животноводства». В колхозах «помещения для скота тесны, темны и сильно загрязнены. Часть скота за отсутствием помещений даже в холодные дождливые дни остаются под открытым небом. Уход за скотом плохой, корм дается не вовремя. Все это отражается на правильном росте, вызывая истощение и заболевания скота». В помещениях на 50 голов содержится 100 голов скота; больной скот не изолируется, и это ведет к заражению здорового поголовья. «В большом количестве гибнет молодняк, главным образом, по причине несвоевременной изоляции больного скота», говорилось в справке ОГПУ. Так, в Липовецком районе за два месяца пало 1380 поросят; в Изюмском районе погибло 980 поросят и дорезано 107 и т. д.2
В спецсводке ГПУ Украины (декабрь 1931 г.) сообщалось о неудовлетворительном состоянии рабочего и продуктивного скота «как в колхозном, так и в индивидуальном секторах». Во многих колхозах республики по-прежнему отмечались факты истощения, заболевания и падежа скота, что явилось следствием «политической бесхозяйственности», «недостаточностью ветеринарного обслуживания» и «неблагополучного положения с фура
1 Там же. С. 563, 567. - Там же. С. 703.
75
Н.А.ИВНИЦКИЙ
жом». В сводке приводились многочисленные примеры падежа лошадей в колхозах Николаевского, Каменского, Ново-Украинского, Захарьевского и других районов республики.
Вместе с тем продолжался убой продуктивного скота в Артемовском, Харьковском, Голопристанском, Рубежац-ком, Семеновском, Нежинском, Коростышевском и других районах1.
Такое положение наблюдалось повсеместно, поэтому ЦК ВКП(б) и СНК СССР 30 июля 1931 г. принимают специальное постановление «О развертывании социалистического животноводства»2. Вопреки фактам в постановлении утверждалось, что путем строительства совхозов и колхозов была разрешена зерновая проблема, таким же путем должна быть решена и животноводческая проблема. «1931 и 1932 годы должны стать годами такого же решительного перелома в области развертывания животноводства, какими были 1929 и 1930 годы в деле организации социалистического зернового хозяйства».
В соответствии с этим устанавливались контрольные цифры по организации животноводческих ферм в колхозах и определялись источники пополнения общественного стада. В частности предлагалось Наркомснабу СССР передавать (продавать) для колхозных ферм скот из числа поступившего по мясозоготовкам. Колхозцентр должен был организовать покупку у колхозников молодняка для общественного животноводства колхозов.
К чему это привело, говорят следующие факты. В августе 1931 г. крайком партии Казахстана дал установку форсировать коллективизацию в кочевых и полукочевых районах, а основной формой колхоза определил сельхозартель. На основе этой и других директив в 60 районах республики почти 90% тозов было переведено на устав артели. Скот стал обобществляться в принудительном поряд
1 Трагедия советской деревни... Т. 3. С. 224-226.
2 Коллективизация сельского хозяйства. Важнейшие постановления Коммунистической партии и Советского правительства. 1927-1935. М., 1957. С. 391-398.
с: и л О III Н А я к О Л Л Е к т И В И 3 А Ц 1-1 я
ке, что привело к массовому убою и распродаже его. Обобществленный же скот из-за отсутствия приспособленных помещений и корма погибал.
Из Северного края инструктор Колхозцентра Потапов в ноябре 1931 г. сообщал, что в Чебоксарском районе по получении из крайколхоза директивы об обобществлении скота «сразу было поставлено 1070 коров на МТФ (молоч-но-товарные фермы. — Авт.), сейчас — уже 3400, причем почти исключительно в счет обобществления последних коров». К 1 января 1932 г. было решено поставить на МТФ еще 1000 голов, хотя кормами не были обеспечены и ранее поставленные 3400 коров; скотные дворы не имели стекол в окнах и т.п.
Кампания по обобществлению «последних коров» проходила также и в других районах края (Выжегском, Ха-ровском, Няндомском, Плесецком, Архангельском)1.
В Западно-Сибирском крае заготовка скота и его обобществление в колхозных фермах проводилось также принудительными способами, в том числе и путем контрактации. Из Тогульского района, например, в адрес крайкома ВКП(б) посылались жалобы крестьян о принудительном изъятии скота по контрактации. Так, вдова-батрачка Е.И.Чайникова жаловалась, что сельсовет отобрал у нее телку и двух овец, а в январе 1932 г. и последнюю корову и сдал ее на колхозную молочную ферму, что лишило ее с 4-летним ребенком «молочного питания».
Об этом писала и другая крестьянка того же района А.П.Еремеева: «В первых числах января 1932 г. у меня взято в контрактацию одна овца и ягненок и последняя корова. Денег за это я не получила. Корова отправлена сельсоветом на молочную ферму. Отбор последней коровы резко отразился ущербом в моем хозяйстве и не только голодовкой моей семьи в числе 5-ти едоков, но и лишил меня уплаты разных наложений.
Заявляя о вышеизложенном, убедительно прошу крайком ВКП(б) сделать распоряжение Анаштакхинскому
1 Трагедия советской деревни... Т. 3. С. 213-216.
77
76
Н.А.ИВНИЦКИЙ
сельсовету о возврате мне с молочной фермы коровы, чем избавить меня с семьей от молочной голодовки и частично восстановить мое бедняцкое хозяйство...»1
Такие жалобы и сообщения поступали из многих районов, так что 26 марта 1932 г. ЦК ВКП(б) вынужден был принять постановление «О принудительном обобществлении скота»2.
Несколько слов об истории этого документа. В связи с массовым недовольством крестьян принудительным обобществлением скота и многочисленными жалобами с мест Политбюро ЦК ВКП(б) создало комиссию во главе с М.И.Калининым для подготовки проекта постановления ЦК. 26 марта комиссия представила И.В.Сталину проект постановления, подписанный М.И.Калининым, Л.М.Кагановичем и Я.А.Яковлевым. Проект был отредактирован И.В.Сталиным и утвержден Политбюро. Однако при редактировании Сталин исключил из проекта ряд пунктов, имевших принципиальное значение. Так, в проекте, наряду с осуждением принудительного обобществления скота, предусматривались конкретные меры по оказанию помощи колхозникам, не имевшим скота, в приобретении его за счет колхозных ферм. Для этого рекомендовалось уже в 1932 г. выделить до 25% их приплода (телят, поросят). «При проведении посева кормовых культур, сплос-ной и сенокосной кампаний, — говорилось в проекте, — колхоз должен предусматривать обеспечение кормами не только стада колхозных ферм, но и скота, находящегося в собственности колхозников».
Вычеркнул Сталин также и пункт о том, что «указанные мероприятия имеют своей задачей не только улучшение материального положения колхозника, но и всемерное распространение поголовья путем выращивания всего молодняка колхозников». В этих целях колхоз заключает с каждым колхозником договор, по которому колхоз берет на себя обязательство снабжать колхозника необходимыми кормами в счет трудодней, а колхозник берет на себя
1 Там же. С. 392-394.
'-' Коллективизация сельского хозяйства... С. 410-411.
78
«СПЛОШНАЯ К О Л Л Е К T И В И 3 А Ц И Я
обязательство выращивать свой молодняк до определенного возраста1.
Неудивительно, что практическое значение мартовского постановления ЦК оказалось ограниченным: осуждалось принудительное обобществление скота колхозами, но не прекращалось принудительное изъятие скота в порядке государственных заготовок; не было принято никаких мер, обеспечивающих реальную возможность содержать скот на личном подворье колхозников.
Наглядное представление о том, какое положение было в деревне в связи с политикой мясозаготовок, дают, например, письма члена ЦКК ВКП(б) В.Г.Фейгина Г.К.Орджоникидзе (9 апреля 1932 г.) и М.А.Шолохова И.В.Сталину (20 апреля 1932 г.).
В письме В.Г.Фейгина сообщалось, что в обследованных им селах Барабинского района Западно-Сибирского края только 20-30% колхозников имеют коров, остальные — бескоровные. «Районные работники, — писал Фей-гин, — преисполнены веры в то, что совхозы и товарные фермы колхозов сумеют обеспечить уже в настоящем году необходимой продукцией, и выражают мысль, что с частным хозяйством колхозников вообще надо прикончить. Мне думается, что надо принять все меры к тому, чтобы росло частное хозяйство колхозников в его животноводческой части, иначе нет выхода из того периодического дефицита в продуктах, который мы имеем сейчас...
Настроение чрезвычайно скверное. В связи с голодом и с тем, что изымают последних коров по контрактации — в итоге чего колхозник не имеет ни хлеба, ни молока. Все это я видел собственными глазами и не преувеличиваю. Люди голодают, питаются суррогатами, обессиливают и, естественно, настроены при этих условиях далеко не доброжелательно. Такого настроения, какое сейчас в деревне в связи с голодом и изыманием последней коровы и последних овец по контрактации, я давно уже не видел... При приезде в Москву попытаюсь попасть к Сталину и об этом сообщить ему или же, если он не сумеет урвать время, на-
РГАСПИ. Ф. 558. On. 1. Д. 3016. Л. 1-2.
79
Н.А.ИВНИЦКИЙ
пишу ему письмо... Мне кажется, что совершенно необходимо, чтобы этим делом занялся Сталин»'.
Однако Сталин его не принял, и на письмо не ответил.
Еще более резким было письмо М.А.ШолоховаИ.В.Сталину (20 апреля 1932 г.). Приводим его почти полностью: «Тов. Сталин!
Постановление ЦК «О принудительном обобществлении скота» находится в прямом противоречии с планом мясозаготовок на 1932 г. по Вешенскому району. Судите сами: по району имеется коров в колхозном обобществленном стаде — 2025, в личном пользовании колхозников — 6787, у единоличников — 516, всего — 9328.
Овец и коз — в обобществленном колхозном стаде — 4146, у колхозников — 5654, всего — 9800. План же мясозаготовок на 1932 г. следующий: по крупному скоту — 12 058 ц, по мелкому — 2256 ц. К этому надо добавить «накидку» на второй квартал, полученную из края 14 апреля, по крупному скоту — 362 головы, по мелкому (овец, коз) — 3898 голов.
Гулевого скота старше двух лет по всему району имеется лишь 81 голова, выбракованных быков в этом году нет (поголовье рабочих быков резко уменьшилось, т. к. в прошлом году около 4 тыс. быков было сдано на мясозаготовку), следовательно, план по крупному скоту надо будет выполнять целиком за счет стельных или отелившихся коров... Для того, чтобы выполнить мясозаготовительный план, надо будет сдать примерно 4883 коровы и 8410 овец. На 13 629 дворов, имеющихся в районе, останется коров (за исключением обобществленного стада) 2420 штук, овец и коз, со всем с обобществленным поголовьем, 1390.
В конце первого квартала по району началась интенсивная закупка (заготовка) скота. И с первых же дней по всем колхозам колхозники стали оказывать решительное сопротивление: коров начали запирать в сараи, постоянно держать под замком, а покупающих встречать с
1 Там же. Ф. 85. Оп. 27. Д. 206. Л. 10-12.
«СПЛОШНАЯ КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ
кольями. Продавать последнюю корову (во всем районе на 13 629 хозяйств на 1 февраля было только 18 двухко-ровных хозяйства) никто не изъявлял желания, тогда на собраниях селькомиссии стали просто обязывать того или иного колхозника сдать корову. Колхозники отказались от добровольной сдачи, тогда соответственно перестроились и сельсовесткие работники: покупка коровы обычно производилась таким порядком: к колхознику приходило человек 7-8-12 «покупателей», хозяина и хозяйку связывали или держали за руки, тем временем остальные из «покупателей» срывали замок и на рысях уводили корову.
По хуторам происходила форменная война — сельис-полнителей и других, приходивших за коровами, били чем попало, били преимущественно бабы и детишки (подростки), сами колхозники ввязывались редко, а где ввязывались, там дело кончалось убийством. Так, был убит колхозником Антиповского сельсовета уполномоченный сельсовета, пришедший забрать корову.
Можно с уверенностью сказать, что по числу заготовленных в марте коров (300 штук), такое же количество насчитывается в районе «битых и увечных», как со стороны покупающей, так и продающей.
После того, как до района дошло постановление ЦК от 26 марта, положение усложнилось: колхозники стали защищаться уже не только кольями, но и постановлением ЦК, ссылаясь на то, что в постановлении сказано: «...задача партии состоит в том, чтобы у каждого колхозника была своя корова...»
В настоящее время, в связи с севом, заготовки несколько свернулись. Но как только кончат колосовые, по колхозам опять пойдет «война» за коров. Противоречие между постановлением ЦК и мясозаготовительным планом столь очевидно, что районная парторганизация чувствует себя вовсе не уверенно. И если Вешенский райком ВКП(б) и молчит, то, по-моему, только потому, что в прошлом году, когда крайком предложил сдать на мясо 3 тыс. рабочих быков, а райком вздумал ходатайствовать о снижении, то получил от крайкома выговор.
8i

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Примечание. Отправлять комментарии могут только участники этого блога.